Вдвоём закрыли за вечер и часть ночи работу, которую Анх планировал на два дня. В процессе было очень много хорошей беседы, добрых слов про двух прекрасных женщин, которым навернка икалось что в Уфе, что в Петербурге, гона по Маховику Времени, окончательного решения судьбы сталкеров Анха и Оцелота, якобы погибших под Монолитом (ох и штырило бы Свечку, имей она хоть крупинки былой памяти и боли!), один спонтанно придуманный модуль-психодел, нарисовавшийся из случайного гона про "а если бы...".

Дело-то в чём. В паркетном полу были доски двух типов. Первый - верхняя его часть, нормальные, ровные доски, которые очень легко вязались и выносились на помойку. Второй - нижняя часть, занозистая, гвоздатая и неровная. Связывать её было сущей мукой. На восемь связок мы угрохали больше двух часов, после чего, не сговариваясь, обозвали эти связки "ублюдочными".
Последние неровные доски были очень длинными. Нам бы сразу же догадаться, но нет. Мы их связали в одну вязанку и положили на пол, предварительно окрестив получившуюся трёхметровую дуру "архиублюдком".

Ну, порадовались, что так ровно хватило, и поехали вытаскивать всё на свалку. Благо, досок там было преизрядно.

АрхиУблюдка решили оставить "на десерт". Попутно обозвали его "боссом" нынешнего "данжа" и порешали пафосно закончить славной победой над ним этот долгий рабочий вечер.

Вынесли всё.

...ОН НЕ ВЛЕЗАЛ В ГРУЗОВОЙ ЛИФТ!

А Анхель живёт на восьмом, тра-та-та, этаже.

А лестничные пролёты, тра-та-та, узкие.

Как мы его волокли - это надо было видеть. Но таки с помощью силы, хитрости, монтировки и такой-то матери уделали гада.

И положили там со всеми почестями, тра-та-та-та-та.... (далее следует непереводимая игра слов).

Человек сам создаёт себе своих чудовищ.

Истина нами с Анхелем проверена. Потом и кровью.

Кровью - потому что я в процессе работы умудрился с размаху встать ногой на ржавый гвоздь.